«Веселися, Гефсимание, Богородичен святый доме»: к истории Успенской церкви слободы Чернянки

Историк, начальник управления по делам архивов Белгородской области Павел Субботин на основе уникальных архивных материалов рассказал об истоках зарождения чернянских православных храмов.

ВСТУПЛЕНИЕ

Слобода Чернянка относится к числу старейших поселений Белгородчины. По современным данным, которые подтверждаются документами из архива древних актов (в Москве) и проработаны в 2018 году исследователем Сергеем Бахматовым, она была основана в сентябре 1647 года служилыми людьми из города Черни, прибывшими в город-крепость Царев-Алексеев (Новый Оскол). За службу и для пропитания им дали землю выше по течению реки Оскол на Острединовой поляне. С этой деревушки и началась история будущей Чернянки.

Имя населённого пункта неоднократно менялось. Это и деревня Острединова Поляна и деревня Чернянская в XVII веке, деревня Чернянка или слобода Новоивановская, Чернянка тож в XVIII веке, и просто Новоивановка. Привычное нам название окончательно закрепилось только к концу XIX века.

Надо признать, что история Чернянки с момента её основания всегда была тесно связана с историей соседней Ливенки (Ливенской). Это отразилось на их заселении, общих фамилиях помещиков, а также общей духовной судьбе. Уже в XVIII веке государственные переписчики описывали эти селения совместно, и нет ничего удивительного, что впоследствии они слились в один большой посёлок.

ПЕРВЫЕ ЦЕРКВИ

Долгие годы Чернянка не имела собственной церкви. Вероятно, её жители ходили в соседнюю Ливенку, где церковь была ещё с середины XVII века. Так, в окладных книгах церквей Новооскольского уезда (после 1652 года) говорится: «В селе Ливенския слободы детей боярских поставлена часовня, а на том месте будет церковь во имя мученика Христова Дмитрея Солунского, а служит у той часовни поп Макар». Собственно, этот поп Макар может считаться самым ранним батюшкой в истории слободы.

В 1716 году по переписной книге Новооскольского уезда церковь в селе Ливенском во имя великомученика Димитрия указана, а вот Чернянка значится деревней. Это означает, что церкви в ней ещё не появилось. Тем временем, её население росло, на чём особенно сказалось прибытие сюда в XVIII веке по приглашению местных помещиков украинских черкас. Вскоре они по количеству в несколько раз превысили потомков первопоселенцев и больше не могли вмещаться на богослужениях в ливенском храме. В связи с этим им потребовалась своя собственная церковь.

К 1747-1748 годам старая церковь на Ливенке была или разобрана за ветхостью, или сгорела, поскольку шло строительство новой. В переписной книге в одном месте читаем: «бывшего села Ливенского, которая ныне за неимением церкви деревня», а в другом — «старого приходу вновь строится церковь святой преподобной мученицы Анастасии Римлянской». А вот в Чернянке церковь уже появилась — «слободы Ново Ивановской, Чернянской тож первого приходу церкви Рождества святого Иоанна Предтечи».

Предтеченская церковь — первая собственно чернянская. Символично, что тем самым в следующем 2027 году по уточнённым данным мы отметим не только 380 лет основания Чернянки, но и 280 лет первого (пока что) упоминания в 1747 году слободской Предтеченской церкви — предшественницы будущей Успенской.

Не обходится история Чернянки и без разного рода научных казусов. Так, в 1780-е годы в экономических примечаниях к планам генерального межевания в слободе указаны две деревянных церкви — в честь крестителя Иоанна Предтечи и преподобномученицы Анастасии Римлянины. При этом в соседней деревне Ливенской церкви не указано. Это может вызвать недоумение — две церкви в одном селе и ни одной в другом, где буквально недавно таковая была. Разрешается это затруднение достаточно просто. Экономические примечания были комментариями к цветным рисованным планам (картам) территорий. Планы эти сохранились. И если мы посмотрим на «Геометрической генеральной план города Новаго Оскола и его уезда» за 1786 год, то увидим, что в Чернянке и Ливенской обозначены крестиками по одной церкви в каждом селе.

Почему в разное время церкви в одном и том же селе могли иметь разные названия? Связано это с освящением нового здания, которое строили вместо старого, обветшавшего. Приезжавший епископ или уездный протопоп с другими священниками в таком случае могли освятить новое здание церкви в честь любого другого святого или памятного дня, что приводило к смене названия.

ПЕРВЫЕ ИМЕНА

Известные нам чернянские церковные документы хранятся в государственном архиве Белгородской области. Это метрические книги, где записывались рождение, крещение, венчание и смерть жителей. Всего сохранились метрические книги главной слободской церкви за 1774-1840, 1843-1847, 1852, 1878, 1884-1885, 1891-1893, 1901-1904, 1906-1911 и 1914 годы.

Поскольку долгое время официальной датой строительства каменной Успенской церкви считался 1795 год, то указанные метрические книги охватывают важнейший период, когда старую церковь заменили на новую. Мы имеем редкую возможность уточнить время освящения новой церкви и выяснить имена чернянских священно- и церковнослужителей как из старинной деревянной церкви, так затем из каменной.

Первая из упомянутых метрическая книга представляет собой увесистый фолиант с обшитой дерюгой (грубым сукном типа мешковины) обложкой, состоящий из нескольких рукописных тетрадей за 1774-1790 годы. Причём за 1774 год мы находим здесь две разных тетради, которые одновременно и параллельно вели два священника. Вероятно, каждый из них духовно окормлял крестьян разных владельцев слободы.

В заголовке одной из тетрадей мы читаем: «Книга Белоградской епархии Новооскольского уезду слободы Новоивановской Предитечевской церкви протопопа Дионисия Григорьева сына Енохина с причетники…», а во второй то же самое, но уже «священника Симеона Иванова сына Рыжанского с причетники». Причетники здесь — это церковный причт (причисленный к церкви штат, он же клир) — диаконы, дьячки и пономари, но в данном случае мы не видим их имён.

Протопоп — это не рядовой священник, а глава местного духовного правления и протопопии (церковного округа). В наши дни таких протопопов называют протоиереями и благочинными, а протопопии теперь называются благочинническими округами. Наличие в Чернянке протопопа говорит о высоком церковном статусе слободы и её церкви.

Два параллельных клира (священник с диаконом и пономарём) прослеживаются по метрическим книгам Предтеченской церкви с 1774 по 1780 год включительно. В первом случае это были протопоп Дионисий Григорьевич Енохин (1774-1776), которого затем сменил священник Иоанн Герасимович Волошинов (1777-1780). Во втором случае это был Семён Иванович Рыжанский (1774-1781) с пономарём Антоном Даниловичем Поповым.

1781-1782 годы для Предтеченской церкви Чернянки были переломными. В эти годы прекратилось одновременное служение двух священников и в 1781 году остался один Семён Рыжанский, которого на 1782 год сменил Александр Смоленский. Практика ведения двух параллельных метрических тетрадей тоже прекратилась. Но самая главная новость для нас обнаруживается в 1783 году.

ГЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ

С 1783 года метрические книги слободы Чернянки стали указывать новое название церкви — Успенская. Это означает, что новое каменное здание церкви было к этому времени не только построено, но и освящено. Именно с этого времени начался совершенно новый этап духовной жизни слободы — с привычным для нас церковным зданием и названием.

У знатоков прошлого Чернянки может возникнуть недоумение — а как же 1795 год, который был указан годом строительства церкви в изданиях и документах начала XX века? Здесь нужно выбрать, какому документу больше доверять — тому, что появился спустя 100 с лишним лет после события, или тому, что зафиксировал само событие в год происшествия. Метрическая книга свидетельствует — слободская церковь стала Успенской в 1782 году и таковой упоминается с января 1783 года. Исходя из этого, временем завершения строительства и освящения новой церкви следует считать 1782 год.

С новым церковным зданием под новым именем в Чернянке появился и новый настоятель — священник Евдоким Черневецкий. Ему помогали диакон Михаил Булгаков, уже знакомый нам Антон Попов, которого со временем повысили до дьячка, а также пономарь Василий Кравцов.

Новая каменная Успенская церковь на базарной площади слободы Чернянки поражала каждого, кто её видел. Это был внушительный пятиглавый белоснежный храм в классическом стиле с зелёной кровлей, полукруглой алтарной частью, четырёхколонными тосканскими портиками с треугольными фронтонами и трёхъярусной колокольней с колоннадой на втором ярусе. Примечательно, что четыре малых главы вместо окон имели ниши, где стояли скульптуры святых — подобные церкви поблизости были только в Белгороде и Старом Осколе. Помимо главного престола в память об Успении Пресвятой Богородицы храм имел два придела — левый северный во имя Иоанна Предтечи и правый южный во имя архангела Михаила. Здание имело печное отопление и было обнесено кирпичной оградой с несколькими каменными входами.

Именно здесь, около Успенской церкви, был торговый центр слободы. Сюда пять раз в год на праздничные ярмарки (Крещенскую, Вербную, Троицкую, Ильинскую и Козьмодемьянскую) съезжались купцы и крестьяне из окрестных уездных городов и близлежащих сёл, а по понедельникам и четвергам проводились еженедельные базары.

В начале XX века в приход Успенской церкви помимо самой Чернянки входили части Большого и Малого хуторов и целиком Нижняя Черняночка. Церковь посещали свыше двух тысяч прихожан. В ней служили два священника, диакон и два псаломщика. По всем параметрам это был один из самых крупных и посещаемых храмов округи. Батюшки преподавали Закон Божий в местных начальных народных училищах.

Для большинства чернянцев Успенская церковь была местом, где происходили важнейшие события их семейной жизни. Здесь крестились, венчались и уходили в мир иной выдающиеся земляки села. Именно здесь, под сводами Успенской церкви, был крещён в ноябре 1884 года будущий святой Русской Православной церкви, новомученик Александр Луппович Ерошов. Здесь же в октябре 1902 года в присутствии родных обвенчались отставной поручик села Кашар Белгородского уезда Николай Евграфович Муханов и княжна Надежда Николаевна Косаткина-Ростовская.

Но приближалось время, когда прежней жизни было суждено уйти.

ЗАПУСТЕНИЕ

После революции для общин верующих наступила череда испытаний. Сначала новая власть ограничила церковную жизнь везде, где могла — запретила преподавание и метрикацию, отобрала пахотную землю и накопления, потом изъяла самые ценные богослужебные предметы и обложила все приходы сложной системой налогов. Вместе с тем церковное сообщество сотрясали спровоцированные ОГПУ церковные расколы. Но для Успенской церкви слободы Чернянки главные испытания наступили в конце 1920-х годов, когда правительство решило свернуть НЭП с его послаблениями и начало коллективизацию, а вместе с ней — массовую кампанию по закрытию церквей.

Первая волна административного закрытия церквей прокатилась по нашему краю в 1929 году. На почве такого закрытия, арестов духовенства и изъятия у людей хлеба по всей Белгородчине вспыхнули крестьянские выступления. В августе 1929 года три тысячи прихожан Успенской церкви расценили извещение об очередных страховых взносах как попытку закрыть церковь, что вызвало возмущение и возгласы «долой коммунистов, соввласть нам не нужна, церковь закрывать не дадим».

Органы ОГПУ выждали, когда чернянцы успокоятся, и сначала в ноябре 1929 года арестовали священника Николая Алексеевича Иванова, а в декабре — священника Дмитрия Михайловича Завадовского (мы пока не знаем, в какой церкви служил каждый из них). Обоих батюшек осудили в конце декабря на три года лагерей.

Тем временем, испугавшись потери контроля (в Ивнянском районе, например, дело чуть не дошло до свержения местной власти), правительство ненадолго отступило и позволило вернуть церкви верующим. Недавно закрытые церкви так же массово открыли. В списке сёл, где такие церкви вернули людям, значится и Чернянка.

Вскоре власти возобновили работу в этом направлении. С осени 1933 года здание Успенской церкви регулярно закрывали для хранения зерна и семян свёклы. Но часть здания стояла пустой, и верующие стали писать просьбы о возврате церкви сначала районным властям, а затем — председателю ЦИК СССР Михаилу Калинину: «Дорогой нашему народному сердцу Михаил Иванович, сообщаем Вам свою скорбь…».

Между тем готовилось окончательное решение вопроса. Жителей на собраниях прорабатывали в нужном ключе с нужными резолюциями. Успенскому приходу выдвинули требования обязательного ремонта и выставили счёт с неподъёмной суммой.

Несколько лет прихожане обеих церквей Чернянки боролись за свои храмы — писали верховному прокурору СССР Андрею Вышинскому и в комиссию по вопросам культов при ЦИК СССР, даже попали к Михаилу Калинину на аудиенцию. Причём, в одном из заключений прямо отмечалось, что «изъятие церквей производилось незаконно». Но всё было тщетно.

Успенская и Никольская церкви были закрыты решением Курского облисполкома весной 1936 года. В марте того же года начали ломать главный храм Чернянки — сначала крышу, потом стены и ограду. Вскоре всё было закончено.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Старинной Успенской церкви слободы Чернянки больше нет. Редкая красавица, бывшая центром, архитектурным достоянием и главным святым местом слободы — утрачена. Осталась память, документы, фотографии. И имена десятков поколений тех чернянцев, что начинали и заканчивали в её стенах свою жизнь.

Павел СУББОТИН,

историк, начальник управления по делам архивов

Белгородской области