30 лет назад в Чернянке был освящён храм Успения Пресвятой Богородицы

30 лет — срок вроде бы и небольшой, но когда оглядываешься назад, кажется, что минула целая жизнь. Успенский храм в посёлке Чернянка встречает этот юбилей обновлённым, наполненным светом и молитвой. А ведь когда-то на этом месте не было ничего, кроме старых развалин УРСЖ и людского неверия…

Память

Старожилы Чернянки хорошо знают, что раньше два храма украшали наш посёлок. Один стоял в центре, на площади, второй — на Ливенке. Но в 30-е годы они были разрушены. Их постигла печальная участь, как и многие другие храмы, стёртые с лица земли в те времена. Власти тогда решили истребить в людях веру в Бога. И делали это по принципу: не будет церкви — все станут атеистами. Но трудно вытравить из людей, которые веками хранили веру в умах и сердцах, духовность и высокую нравственность.

Многие годы потом верующие просили место под строительство нового храма, но почти всегда получали отказ. Лишь в 90-е, когда страна пошла по пути обновления, сменилось и отношение государства к церкви. Власти поняли, что священнослужители проповедуют не реакционные идеи, а несут людям высокие ценности гуманизма, нравственности, духовной культуры. После длительных дебатов в Чернянке прихожанам выделили место под строительство нового Божьего храма. Много бесед и обсуждений было с выбором места, тогда большую помощь оказал Игорь Владимирович Олейников, передали Церкви площадь, где раньше располагался участок ремонта и строительства жилищ. Это было более 35-и лет назад, и вот уже 30 лет как храм Успения Пресвятой Богородицы собирает чернянцев на общую молитву.

Здесь будет храм

В преддверии юбилея мы побеседовали с настоятелем храма, благочинным Чернянского округа протоиереем Степаном Жаровским, и его рассказ то и дело превращался в машину времени, уносящую в начало 90-х.

«Тогда была Курская и Белгородская епархия, правящим архиереем — архиепископ Ювеналий, — вспоминает отец Степан. — Он и пригласил сюда в Чернянку отца Петра, моего отца. Это было под Почаевом, в то время мы жили там, и у него был небольшой приход. Года два, наверное, прошло, отец Пётр принял решение уехать к владыке. Это решение было обусловлено ещё и тем, что тогда на Украине начался раскол в Церкви, и у отца была конкретная позиция, он сказал: «Я не для того рукополагался во священники, чтобы уходить в раскол и быть раскольником». Это было исключено. Так мы оказались в Чернянке. Первая служба отца Петра прошла 4 декабря 1990 года — ещё в маленьком Успенском молитвенном доме».

Владыка Ювеналий дал благословение на строительство нового храма в Чернянке. В пожелтевшей подшивке газеты «Путь Ильича» №97 от 13 августа 1991 года сохранилось дыхание того времени — репортаж Станислава Голубицкого о закладке краеугольного камня, сотнях пришедших людей и крестном ходе.

«Архиепископ Курский и Белгородский Ювеналий обкадил вырытые траншеи под фундамент, а после молитвы окропил их святой водой. Затем он обратился к присутствующим с пожеланием: «Не только чернянцам, но и всему нашему народу, всем верующим, независимо от их национальности, хочу пожелать мира, благополучия, согласия в нашем огромном доме — России. Россияне всегда несли в мир высокую культуру, нравственность. И отрадно сейчас, что Россия вновь возрождается».

Благочинный отец Пётр Жаровский тогда же поделился с собравшимися планами: храм должен был быть размером 18*27 метров, высотой 18 метров, увенчанный пятью позолоченными куполами. Работать должна была бригада строителей из Луганска. Сметная стоимость стройки — около 700 000 рублей. По тем временам цифры казались почти невероятными, и находились те, кто прямо говорил священнику в лицо: «Ничего ты не построишь, соберёшь деньги — и уедешь».

В том же материале читаем о первых пожертвованиях на строительство храма: «Отрадно, что первые пожертвования уже есть. По 500 рублей собрали и внесли на строительство верующие сёл Волотово, Ездочное и хутора Бородин». А ещё в чернянском отделении «Агропромбанка» был открыт счёт, и все желающие могли направить деньги на строительство церкви.

И храм вырос. Строили его пять лет, главным попечителем стал Юрий Игнатьевич Рудаков, директор Чернянского сахарного завода, на тот момент ТОО «Кристалл». Свою лепту в строительство храма внесли также коллективы АО «Авангард», маслобойного завода, дорожно-строительного управления, других предприятий и организаций.

Помогали кто чем мог: предприятия и простые люди жертвовали средства, а бабушки-прихожанки целыми днями складывали кирпичи и подавали их наверх строителям. И сегодня есть в посёлке те, кто спустя 30 лет приходит в храм — молится и радуется, что его стены выдержали всё.

Для самого отца Степана история Успенского храма глубоко личная. Когда на пустыре рыли котлован и заливали фундамент, он был ещё мальчишкой:

«Помню, всё ж интересно на больших машинах покататься: экскаваторы, трактора К-700, бетономешалки, КамАЗы… Я и не думал тогда, что когда-нибудь стану здесь настоятелем», ­ — поделился благочинный.

Благодаря поддержке властей, тогда органы местного самоуправления возглавлял Иван Серафимович Лаптев, удалось быстро заасфальтировать прилегающую территорию, вокруг установить изгородь, которая стоит и по сей день. А ещё отец Степан вспоминал, как молокозавод во главе с директором Василием Ефимовичем Сухиным передал приходу новенький автомобиль УАЗ, правда, потом его пришлось продать, чтобы оплатить работу художников, которые расписывали стены.

Так Господь судил

Сегодня отец Степан возглавляет приход, которому когда-то отдал силы его предшественник, отец и духовный наставник протоиерей Пётр Жаровский. И с особой теплотой рассказывает, как преображался храм год за годом. Читаем в газете «Приосколье» №№5-6 от 20 января 1996 года, что в храме начались Богослужения, чтобы привлечь больше прихожан и пожертвований и завершить строительство.

И вот уже 8 мая 1996 года, накануне Дня Победы, епископ Белгородский и Старооскольский Иоанн совершил его освящение.

«Это был один из первых храмов, которые владыка освящал на нашей белгородской земле. Стены тогда стояли просто оштукатуренные, арочная часть была зашита фанерой, а вместо иконостаса — конструкции из дерева и ДВП, — улыбается батюшка. — Но службы начались, и жизнь потекла», ­ — вспоминает отец Степан.

Остались в редакционном архиве и фото того знаменательного события. Затем  появился центральный иконостас, началась первая роспись московскими художниками, которые покрыли стены живописными образами. В 2008 году засияли новые золотые купола, как об этом и мечтал отец Пётр.

«К празднику Успения Пресвятой Богородицы купола поменяли, теперь они горят золотом», — сообщала газета «Приосколье» в №69 от 26 августа 2008 года.

А в прошлом году к 30-летию храм обновили полностью. Теперь его украшает каноническая роспись, выполненная палехскими мастерами — около пятнадцати иконописцев работали над новым убранством, стараясь, чтобы каждый образ гармонично сочетался с иконостасом и наполнял пространство молитвенной тишиной.  В этом деле большую помощь оказали Николай Балашов из Москвы, чернянцы Александр Коваленко, Эдуард Козлов, Юрий Никуленко, Ирина Рудакова и другие.

Святыни и люди

Есть в храме особо чтимые святыни. Иверская икона Божией Матери — образ, написанный на Афоне и перенесённый сюда ещё из Успенского молитвенного дома. Перед ней в знак благодарности люди оставляют свои скромные приношения-украшения — свидетельства услышанных молитв. В киотах хранятся частицы мощей святителя Спиридона Тримифунтского, святителя Луки Крымского, священномученика Никодима Белгородского и преподобных отцов Киево-Печерских.

Но храм — это не только стены и святыни. Это в первую очередь люди.

«У нас нет регента, но наши певчие на клиросе справляются сами. Ольга Войтова поёт здесь уже более 30 лет, ещё с молитвенного дома, — с благодарностью перечисляет отец Степан. — Галина Ващенко много лет в хоре. Уставщик у нас Светлана Мозговая — на ней подготовка каждой службы. В алтаре помогает Леонид Оболонков, за чистоту и уют много лет отвечают Валентина Литвинова и Татьяна Литвиненко. Татьяна души не чает в цветах: всю зиму растила дома рассаду, чтобы к лету храм утопал в живых красках», — поделился настоятель.

При храме работает воскресная школа, где с детками занимается Ирина Алейникова, молодёжное братство православных следопытов — около 20-и ребят собираются вокруг отца Виталия Маничкина, учатся и дружат. И всё же батюшка смотрит на вещи трезво:

«Чернянка — посёлок почти в пятнадцать тысяч жителей. Если в воскресный день в храме 100 человек — это капля. Пусть ещё 100  уехали в другие приходы… Но всё равно, называть себя христианином — значит жить этим постоянно, участвовать в таинствах, заботиться о душе, а не только креститься при рождении и отпеваться при смерти. Мы верим, что по милости Божией людей, открыто и ответственно исповедующих веру, будет больше с каждым годом».

Сам он к службам, особенно к праздничным, всегда готовится внутренне. Самая торжественная — Пасхальная ночь.

«20 лет в священном сане, и 20 раз я служил Пасху. Многое уже наизусть, но трепет не уходит. А когда приезжает владыка Иоанн на престольный праздник Успения — это и особая радость, и особая ответственность».

Удивительно совпало, что Успение Пресвятой Богородицы стало и Днём посёлка.

«Это здорово, что наш престольный праздник объединяет всех, — замечает священник. — Что-то одно, общее для каждой семьи, для человека любой профессии. И менять это ни в коем случае нельзя. Главное, что хочется сказать, это слова благодарности, конечно же, нашему митрополиту Белгородскому и Старооскольскому Иоанну за его архипастырское попечение чернянской земли, всем благотворителям, кто на протяжении многих лет не оставляет без внимания Успенский храм, кто трудится в нём».

Впереди у настоятеля много планов. Хочется и фасад обновить, и крылечки с удобным пандусом для мамочек с колясками переделать, и детскую площадку на прихрамовой территории устроить. Забор, простоявший 30 лет, тоже просит заботы. Но главное уже сделано: Дом Божий стоит в самом центре Чернянки и остаётся тем местом, куда люди несут самое лучшее, что у них есть, — веру, надежду и любовь. И в этом его главное чудо.

«Дом Божий — этим всё сказано», — улыбается на прощание отец Степан. И с ним невозможно не согласиться.